вызывает сомне-
ний, - и тогда мне захотелось написать эту книгу. Этоло-
гия знает теперь так много о естественной истории агрес-
сии, что уже позволительно говорить о причинах некото-
рых нарушений этого инстинкта у человека. Понять при-
чину болезни - еще не значит найти эффективный спо-
соб ее лечения, однако такое понимание является одной из
предпосылок терапии.
Я чувствую, что мои литературные способности недо-
статочны для выполнения стоящей передо мной задачи.
Почти невозможно описать словами, как работает систе-
ма, в которой каждый элемент находится в сложных при-
чинных взаимосвязях со всеми остальными. Даже если
объяснять устройство автомобильного мотора - и то не
знаешь, с чего начать. Потому что невозможно усвоить
информацию о работе коленчатого вала, не имея понятия
о шатунах, поршнях, цилиндрах, клапанах... и т. д., и т. д.
Отдельные элементы общей системы можно понять лишь
в их взаимодействии, иначе вообще ничего понять нельзя.
И чем сложнее система - тем труднее ее исследовать и
объяснить; между тем структура взаимодействий инстин-
ктивных и социально-обусловленных способов поведе-
ния, составляющих общественную жизнь человека, не-
сомненно является сложнейшей системой, какую мы
только знаем на Земле. Чтобы разъяснить те немногие
причинные связи, которые я могу - как мне кажется -
проследить в этом лабиринте взаимодействий, мне волей-
неволей приходится начинать издалека. К счастью, все
наблюдаемые факты сами по себе интересны. Можно на-
деяться, что схватки коралловых рыб из-за охотничьих
участков, инстинкты и сдерживающие начала у обще-
ственных животных, напоминающие человеческую мо-
раль, бесчувственная семейная и общественная жизнь
кваквы, ужасающие массовые побоища серых крыс и дру-
гие поразительные образцы поведения животных удержат
внимание читателя до тех пор, пока он подойдет к пони-
манию глубинных взаимосвязей.
Я стараюсь подвести его к этому, по возможности, точ-
но тем же путем, каким шел я сам, и делаю это из принци-
пиальных соображений. Индуктивное естествознание
всегда начинается с непредвзятого наблюдения отдельных
фактов; и уже от них переходит к абстрагированию общих
закономерностей, которым все эти факты подчиняются. В
большинстве учебников, ради краткости и большей до-
ступности, идут по обратному пути и предпосылают "спе-
циальной части" - "общую". При этом изложение выиг-
рывает в смысле обозримости предмета, но проигрывает в
убедительности. Легко и просто сначала сочинить некую
теорию, а затем "подкрепить" ее фактами; ибо природа
настолько многообразна, что если хорошенько по-
искать - можно найти убедительные с виду примеры,
подкрепляющие даже самую бессмысленную гипотезу.
Моя книга лишь тогда будет по-настоящему убедительна,
если читатель - на основе фактов, которые я ему опи-
шу, - сам придет к тем же выводам, к каким пришел я.
Но я не могу требовать, чтобы он безоглядно двинулся по
столь тернистому пути, потому составлю здесь своего рода
путеводитель, описав вкратце содержание глав.
В двух первых главах я начинаю с описания простых
наблюдений типичных форм агрессивного поведения; за-
тем в третьей главе перехожу к его значению для сохране-
ния вида, а в четвертой говорю о физиологии инстинктив-
ных проявлений вообще и агрессивных в частности - до-
статочно для того, чтобы стала ясной спонтанность их не-
удержимых, ритмически повторяющихся прорывов. В пя-
той главе я разъясняю процесс ритуализации и обособле-
ния новых инстинктивных побуждений, возникающих в
ходе этого процесса, - разъясняю в той мере, насколько
это нужно в дальнейшем для понимания роли этих новых
инстинктов в сдерживании агрессии. Той же цели служит
шестая глава, в которой дан общий обзор системы взаимо-
действий разных инстинктивных побуждений. В седьмой
главе будет на конкретных примерах показано, какие ме-
ханизмы "изобрела" эволюция, чтобы направить агрес-
сию в безопасное русло, какую роль при выполнении этой
задачи играет ритуал, и насколько похожи возникающие
при этом формы поведения на те, которые у человека дик-
туются ответственной моралью. Эти главы создают пред-
посылки для того, чтобы можно было понять функциони-
рование четырех очень разных типов общественной орга-
низации. Первый тип - это анонимная стая, свободная от
какой-либо агрессивности, но в то же время лишенная и
личного самосознания, и общности отдельных особей.
Второй тип - семейная и общественная жизнь, основан-
ная лишь на локальной структуре защищаемых участков,
как у кваквы и других птиц, гнездящихся колониями.
Третий тип - гигантская семья крыс, члены которой не
различают друг друга лично, но узнают по родственному
запаху и проявляют друг к другу образцовую лояльность;
однако с любой крысой, принадлежащей к другой семье,
они сражаются