22

дов: 7 разных видов рыб-бабочек, 2 вида рыб-ангелов, 8
видов группы "демуазель" (группа помацентров, к кото-
рой принадлежат "звездники" и "красавчики"), 2 вида
спинорогов, 3 вида губанов, 1 вид "рыбы-доктора" и не-
сколько других, не ярких и не агрессивных видов, как "ку-
зовки", "шары" и т. п. Таким образом, в аквариуме оказа-
лось примерно 25 видов плакатно окрашенных рыб, в
среднем по 4 рыбки каждого вида, - из некоторых видов
больше, из других всего по одной, - а всего больше 100
особей. Рыбки сохранились наилучшим образом, почти
без потерь, прижились, воспрянули духом и - в полном
соответствии с программой - начали драться.
И тогда представилась замечательная возможность
кое-что подсчитать. Если представителю "точного" есте-
ствознания удается что-нибудь подсчитать или измерить,
он всегда испытывает радость, которую непосвященному
подчас трудно понять. "Ужель Природа, вся, для вас -
объект подсчета?" - так спрашивает Фридрих Шиллер
озабоченного измерениями ученого. Я должен признаться
поэту, что сам я знал бы о сущности внутривидовой агрес-
сии почти столько же, если бы и не производил своих под-
счетов. Но мое высказывание о том, что я знаю, было бы
гораздо менее доказательным, если бы мне пришлось об-
лечь его в одни лишь слова: "Яркие коралловые рыбы ку-
сают почти исключительно своих сородичей". Как раз уку-
сы мы и подсчитали - и получили следующий результат:
для каждой рыбки, живущей в аквариуме, вероятность
случайно напасть на одну из трех своих среди 96 других
рыбок равна 3:96. Однако, количество укусов, нанесен-
ных сородичам, относится к количеству межвидовых уку-
сов примерно как 85:15. И даже это малое последнее число
(15) не отражает подлинной картины, т. к. соответствую-
щие нападения относятся почти исключительно на счет
"демуазелей". Они почти постоянно сидят в своих норках,
почти невидимые снаружи, и яростно атакуют каждую
рыбу, которая приближается к их убежищу. В свободной
воде и они игнорируют любую рыбу другого вида. Если ис-
ключить эту группу из описанного опыта - что мы, кста-
ти, и сделали, - то получаются еще более впечатляющие
цифры.

23


Другая часть нападений на рыб чужого вида была ви-
ною тех немногих, которые не имели сородичей во всем
аквариуме и потому были вынуждены вымещать свою
здоровую злость на других объектах. Однако выбор этих
объектов столь же убедительно подтверждал правиль-
ность моих предположений, как и точные цифры. Напри-
мер, там была одна-единственная рыба-бабочка неизвест-
ного нам вида, которая и по форме, и по рисунку настоль-
ко точно занимала среднее положение между бело-жел-
тым и бело-черным видами, что мы сразу же окрестили ее
бело-черно-желтой. И она, очевидно, полностью разделя-
ла наше мнение о ее систематическом положении, т. к. де-
лила свои атаки почти поровну между представителями
этих видов. Мы ни разу не видели, чтобы она укусила рыб-
ку какого-нибудь третьего вида. Пожалуй, еще интерес-
нее вел себя синий спинорог - тоже единственный у
нас, - который по-латыни называется "черный одонус".
Зоолог, давший такое название, мог видеть лишь обесцве-
ченный труп этой рыбы в формалине, потому что живая
она не черная, а ярко-синяя, с нежным оттенком фиолето-
вого и розового, особенно по краям плавников. Когда у
фирмы "Андреас Вернер" появилась партия этих рыбок -
я с самого начала купил только одну; битвы, которые они
затевали уже в бассейне магазина, позволяли предвидеть,
что мой большой аквариум окажется слишком мал для
двух шестисантиметровых молодцов этой породы. За неи-
мением сородичей, мой синий спинорог первое время вел
себя довольно мирно, хотя и раздал несколько укусов,
многозначительным образом разделив их между предста-
вителями двух совершенно разных видов. Во-первых, он
преследовал так называемых "синих чертей", - близких
родственников "бо Грэгори", - похожих на него велико-
лепной синей окраской, а во-вторых - обеих рыб другого
вида спинорогов, так называемых "рыб Пикассо". Как
видно из любительского названия этой рыбки, она расцве-
чена чрезвычайно ярко и причудливо, так что в этом
смысле не имеет ничего общего с синим спинорогом. Но -
весьма похожа на него по форме. Когда через несколько
месяцев сильнейшая из двух "Пикассо" отправила сла-
бейшую в рыбий "мир иной" - в формалин, - между ос-

24

тавшейся и синим спинорогом возникло острое соперни-
чество. Агрессивность последнего по отношению к "Пи-
кассо" несомненно усиливалась и тем обстоятельством,
что за это время синие черти успели сменить ярко-синюю
юношескую окраску на взрослую сизую, и поэтому раз-
дражали его меньше. И, в конце концов, наш "синий" ту
"Пикассо" погубил. Я мог