терзало его на
всех жизненных путях.
R Своекорыстие - душа нашего сознания: подобно тому, как
тело, лишенное души, не видит, не слышит, не сознает, не
чувствует и не движется, так и сознание, разлученное, если
дозволено употребить такое выражение, со своекорыстием,
не видит, не слышит, не чувствует и не действует. Потому-
то и человек, который во имя своей выгоды скитается по
морям и землям, вдруг как бы цепенеет, едва речь заходит о
выгоде ближнего; потому-то внезапно погружаются в дре-
моту и словно отлетают в иной мир те, кому мы рассказыва-
ем о своих делах, и так же внезапно просыпаются, стоит их
почуять в нашем рассказе нечто, хотя бы отдаленно их за-
трагивающее. Вот и получается, что наш собеседник то те-
ряет сознание, то приходит в себя, смотря по тому, идет ли
дело о его выгоде или, напротив, не имеет к нему никакого
касательства.
R Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим,
как будто награждены бессмертием.
R Порой кажется, что сам дьявол придумал поставить леность
на рубежах наших добродетелей.
R Мы потому готовы поверить любым рассказам о недостат-
ках наших ближних, что всего легче верить желаемому.
R Исщеляет от ревностя только полная уверенность в том, чего
мы больше всего боялись, потому что вместе с нею прихо-
дит конец или нашей любви, или жизни; что и говорить,
лекарство жестокое, но менее жестокое, чем недоверие и
подозрение.
R Где надежда, там и боязнь: боязнь всегда полна надежды,
надежда всегда полна боязни.
R Не следует обижаться на людей, утаивших от нас правду:
мы и сами постоянно утаиваем ее от себя.
R Мы чаще всего потому превратно судим о сентенциях, до-
казывающих лживость людских добродетелей, что наши соб-
ственные добродетели всегда кажутся нам истинными.
R Преданность властям предержащим - лишь другая ли-
чина себялюбия.
R Где конец добру, там начало злу, а где конец злу, там нача-
ло добру.
R Философы порицают богатство лишь потому, что мы плохо
им распоряжаемся. От нас одних зависит и приобретать, и
пускать его в ход, не служа при этом пороку. Вместо того
чтобы с помощью богатства поддерживать и питать злодея-
ния, как с помощью дров питают пламя, мы могли бы от-
дать его на служение добродетелям, придав им тем самым
и блеск, и привлекательность.
R Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям и
недругам.
R Поскольку всех счастливее в этом мире тот, кто доволь-
ствуется малым, то власть имущих и честолюбцев надо счи-
тать самыми несчастными людьми, потому что для счастья
им нужно несметное множество благ.
R Человек ныне не таков, каким был создан, и вот убедитель-
нейшее доказательство этому: чем разумнее он становится,
тем больше стыдится в душе сумасбродства, низости и по-
рочности своих чувств и наклонностей.
R Сентенции, обнажающие человеческое сердце, вызывают
такое возмущение потому, что людям боязно предстать пе-
ред светом во всей своей наготе.
R Люди, которых мы любим, почти всегда более властны над
нашей душой, нежели мы сами.
R Мы часто клеймим чужие недостатки, но редко, пользуясь
их примером, исправляем свои.
R Человек так жалок, что, посвятив себя единственной цели -
удовлетворению своих страстей, беспрестанно сетует на их
тиранство; не желая выносить их гнет, он вместе с тем не
желает и сделать усилие, чтобы сбросить его; ненавидя стра-
сти, не менее ненавидит и лекарства, их исцеляющие; вос-
ставая против терзаний недуга, восстает и против тягот
лечения.
R Когда мы радуемся или печалимся, наши чувства соразмер-
ны не столько удачам или бедам, доставшимся нам на долю,
сколько нашей способности чувствовать.
R Хитрость - признак недалекого ума.
R Мы расточаем похвалы только затем, чтобы извлечь потом
из них выгоду.
R Людские страсти - это всего лишь разные склонности люд-
ского себялюбия.
R Окончательно соскучившись, мы перестаем скучать.
R Люди хвалят или бранят чаще всего то, что принято хва-
лить или бранить.
R Множество людей притязают на благочестие, но никого не
привлекает смирение.
R Физический труд помогает забывать о нравственных стра-
даниях; поэтому бедняки - счастливые люди.
R Истинному самобичеванию подвергает себя лишь тот, кто
никого об этом не оповещает; в противном случае все об-
легчается тщеславием.
R Смирение - это угодный Богу алтарь для наших жертво-
приношений.
- 63 -
R Мудреп; счастлив, довольствуясь немногим, а глупцу рсего-
мало: вот почему почти все люди несчастны.
R Нас мучит не столько жажда счастья, сколько желание про-,.1
слыть счастливцами.
R Легче убить желание в зародыше, чем потом ублаготво-
рять все вожделения, им рожденные.
}
R Ясный разум дает душе то, что здоровье - телу.
R Так как великие мира сего не могут дать человеку ни телес- ,
ного здоровья, ни душевного покоя, то все их благодеяния
он всегда оплачивает