Вернейший способ быть обманутым - это считать себя хит-
рее других.
О Предательства совершаются чаще всего не по обдуманному на-
мерению, а по слабости характера.
О Уклонение от похвалы - это просьба повторить ее.
О Нам легче управлять людьми, чем помешать им управлять
нами.
О Мы легко забываем свои ошибки, когда они известны лишь
нам одним.
О Иные люди похожи на песенки: они быстро выходят из моды.
О Нет ничего глупее желания всегда быть умнее всех.
П Поистине ловок тот, кто умеет скрывать свою ловкость.
О В основе так называемой щедрости обычно лежит тщеславие,
которое нам дороже всего, что мы дарим.
О Люди редко бывают довольны теми, кто от их имени вступает
в деловые переговоры, так как посредники, стараясь стяжать
себе добрую славу, почти всегда жертвуют интересами своих
друзей ради успеха самих переговоров.
а Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действи-
тельно разлюбили.
о Есть люди, которым на роду написано быть глупцами: они
делают глупости не только по собственному желанию,-но и по
воле судьбы.
D Восхвалять государей за достоинства, которыми они не обла-
дают, - значит безнаказанно наносить им оскорбление.
О Ум и сердце человека, так же как и его речь, хранят отпечаток
страны, в которой он родился.
О Тот, кого разлюбили, обычно сам виноват, что вовремя этого не
заметил.
О Все,.что перестает удаваться, перестает и привлекать.
О Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дару-
ет удачи.
О Каким бы тяжелым позором мы себя ни покрыли, у нас по-
чти всегда остается возможность восстановить свое доброе имя.
ГЗ Не может долго нравиться тот, кто умен всегда на один лад.
П Легче познать людей вообще, чем одного человека в частности.
D Суждения наших врагов о нас ближе к истине, чем наши соб-
ственные.
СЗ Порою из дурных качеств складываются великие таланты.
а Желание вызвать жалость или восхищение - вот что нередко
составляет основу нашей откровенности.
П Людские ссоры не длились бы так долго, если бы вся вина
была на одной стороне.
О Крушение всех надежд человека приятно и его друзьям, и не-
другам.
О Человек никогда не бывает так несчастен, как ему кажется,
или так счастлив, как ему хочется.
О Как мы можем требовать, чтобы кто-то сохранил нашу тайну,
если мы сами не можем ее сохранить?
О Себялюбие наше таково, что его не перещеголяет никакой
льстец.
О Даже самые разумные люди разумны лишь в несуществен-
ном; в делах значительных разум обычно им изменяет.
О Нет вернее средства разжечь в другом страсть, чем самому
хранить холод.
а Короли чеканят людей, как монету: они назначают им цену,
какую заблагорассудится, и все вынуждены принимать этих
людей не по их истинной стоимости, а по назначенному курсу.
а Как бы ни был проницателен человек, ему не постигнуть всего
зла, которое он творит.
О Мы редко до конца понимаем, что мы та действительности
хотим.
О Мы скорее пожертвуем своим состоянием, чем поступимся
своим мнением.
Часть II
РАЗМЫШЛЕНИЯ,
или МОРАЛЬНЫЕ ИЗРЕЧЕНИЯ
И МАКСИМЫ
Я совершил именно то,
что должен был совершить... и чего бы
это мне ни стоило, я никогда нс буду каяться.
(Из письма Ларошфуко графу Гито
от 2 мая 1653 года)
МАКСИМЫ И МОРАЛЬНЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ
ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ ЧИТАТЕЛЮ
(к первому изданию 1665 г.)
Я представляю на суд читателей это изображение челове-
ческого сердца, носящее название . Оно, может статься, не всем понравится, ибо кое-
кто, вероятно, сочтет, что в нем слишком много сходства с ори-
гиналом и слишком мало лести. Есть основания предпола-
гать, что художник не обнародовал бы своего творения и оно
по сей день пребывало бы в стенах его кабинета, если бы из
рук в руки не передавалась искаженная копия рукописи; не-
давно она добралась до Голландии, что и побудило одного из
друзей автора вручить мне другую копию, по его уверению,
вполне соответствующую подлиннику. Но как бы верна она
ни была, ей вряд ли удастся избежать порицания иных людей,
раздраженных тем, что кто-то проник в глубины их сердца:
они сами не желают его познать, поэтому считают себя вправе
воспретить познание и другим. Бесспорно, эти
полны такого рода истинами, с которыми неспособна прими-
риться человеческая гордыня, и мало надежд на то, что они не
возбудят ее вражды, не навлекут нападок хулителей. Поэтому
я и помещаю здесь письмо, написанное и переданное мне сра-
зу после того, как рукопись стала известна и каждый тщился
высказать свое мнение о ней. Письмо это с достаточной, на мой
взгляд, убедительностью отвечает на главные возражения, мо-
гущие возникнуть по поводу , и объясняет мысли
...письмо... - речь идет о ,
написанном Анрв де Лашапель-Бессе, суперинтендантом строений, ис-
кусств и мануфактур,