расположения духа.
R Нам дарует радость не то, что нас окружает, а наше отноше-
ние к окружающему, и мы бываем счастливы, обладая тем,
что любим, а не тем, что другие считают достойным любви.
R Человек никогда не бывает так счастлив или так несчаст-
лив, как это кажется ему самому.
R Люди, верящие в свои достоинства, считают долгом быть
несчастными, дабы убедить таким образом и других и себя
в том, что судьба еще не воздала им по заслугам.
R Что .может быть сокрушительнее для нашего самодоволь-
ства, чем ясное понимание того, что сегодня мы порицаем
вещи, которые еще вчера одобряли.
R Хотя судьбы людей очень несхожи, но некоторое равнове-
сие в распределении благ и несчастий как бы уравнивает
их между собой.
R Какими бы преимуществами природа ни наделила челове-
ка, создать из него героя она может, лишь призвав на по-
мощь судьбу.
R Презрение философов к богатству было вызвано их сокро-
венным желанием отомстить несправедливой судьбе за то,
что она не наградила их по достоинствам жизненными бла-
гами; оно было тайным средством, спасающим от униже-
ний бедности, и окольным путем к почету, обычно достав-
ляемому богатством.
...философов... - имеются в виду древние философы-язычники.
R Ненависть к людям, попавшим в милость, вызвана жаждой
этой самой милости. Досада на ее отсутствие смягчается и
умиротворяется презрением ко всем, кто ею пользуются;
мы отказываем им в уважении, ибо не можем отнять того,
что привлекает к ним уважение всех окружающих.
R Чтобы упрочить свое положение в свете, люди старательно
делают вид, что оно уже упрочено.
R Как бы ни кичились люди величием своих деяний, послед-
ние часто бывают следствием не великих замыслов, а про-
стой случайности.
R Наши поступки словно бы рождаются под счастливой или
несчастной звездой; ей они и обязаны большей частью по-
хвал или порицаний, выпадающих на их долю.
R Не бывает обстоятельств столь несчастных, чтобы умный
человек не мог извлечь из них какую-нибудь выгоду, но не
бывает и столь счастливых, чтобы безрассудный не мог об-
ратить их против себя.
R Судьба все устраивает к выгоде тех, кому она покровитель-
ствует.
R Счастье и несчастье человека в такой же степени зависят
от его нрава, как от судьбы.
R Искренность - это чистосердечие. Мало кто обладает этим
качеством, а то, что мы принимаем за него, чаще всего про-
сто тонкое притворство, цель которого - добиться откро-
венности окружающих.
R За отвращением ко лжи нередко кроется затаенное жела-
ние придать вес нашим утверждениям и внушить благого-
вейное доверие к нашим словам.
R Не так благотворна истина, как зловредна ее видимость.
R Каких только похвал не возносят благоразумию! Однако оно
...уже упрочено. - В Ларошфуко говорит о герцоге
де Бофоре, который, .
не способно уберечь нас даже от ничтожнейших превратно-
стей судьбы.
R Дальновидный человек должен определить место для каж-
дого из своих желаний и затем осуществлять их по поряд-
ку. Наша жадность часто нарушает этот порядок и застав-
ляет нас преследовать одновременно такое множество це-
лей, что в погоне за пустяками мы упускаем существенное.
R Изящество для тела - это то же, что здравый смысл для ума.
R Трудно дать определение любви; о ней можно лишь сказать,
что для души - это жажда властвовать, для ума - внут-
реннее сродство, а для тела - скрытое и утонченное жела-
ние обладать, после многих околичностей, тем, что любишь.
R Чиста и свободна от влияния других страстей только та
любовь, которая таится в глубине нашего сердца и неведо-
ма нам самим.
R Никакое притворство не поможет долго скрывать любовь,
когда она есть, или изображать - когда ее нет.
R Нет таких людей, которые, перестав любить, не начали бы
стыдиться прошедшей любви.
R Если судить о любви по обычным ее проявлениям, она боль-
ше похожа на вражду, чем на дружбу.
R На свете немало таких женщин, у которых в жизни не было
ни одной любовной связи, но очень мало таких, у которых
была только одна.
R Любовь одна, но подделок под нее - тысячи.
R Любовь, подобно огню, не знает покоя: она перестает жить,
как только перестает надеяться или бояться.
R Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят,
но мало кто ее видел.
R Любовь прикрывает своим именем самые разнообразные
человеческие отношения, будто бы связанные с нею, хотя на
самом деле она участвует в них не более, чем дож в собы-
тиях, происходящих в Венеции.
R У большинства людей любовь к справедливости - это про-
сто боязнь подвергнуться несправедливости.
R Тому, кто не доверяет себе, разумнее всего молчать.
R Мы потому так непостоянны в дружбе, что трудно познать
свойства души